他心里说：“好吧！我把这块石头推到山上去，等会儿瘸腿老头儿来了， 就敲碎石头，返老还童，从头活起啦。大伙儿都说他一辈子吃够了苦。他年纪大了，孤单单的，挨过打，遍体鳞伤，不用说，从来没得到过幸福。别人却得到过。”他小伊凡虽然小，这种幸福也得到过三次。一次是他上学要迟到了，一位素不相识的司机用闪闪发亮的小汽车把他从农庄养马场一直送到了学校门口。一次是春天里，他赤手空拳在沟里捉到一条大梭鱼。还有一次是米特罗方叔叔带他进城过了一个快活的五一节。
小伊凡慷慨大方地拿定了主意：“好，就让这位不幸的老头儿过一下好日子吧。”
他想到这里，站起身子，耐心地把那块石头推到山上去。
VI

     И  вот  перед  закатом  к  измученному и  продрогшему Ивашке,  который,съежившись,  сушил грязную, промокшую одежду возле горячего камня, пришел нагору старик.
     - Что же  ты,  дедушка,  не принес ни молотка,  ни топора,  ни лома?  -вскричал удивленный Ивашка. - Или ты надеешься разбить камень рукою?
     - Нет,  Ивашка,  -  отвечал старик, - я не надеюсь разбить его рукой. Ясовсем не буду разбивать камень, потому что я не хочу начинать жить сначала.

     Тут старик подошел к изумленному Ивашке, погладил его по голове. Ивашкапочувствовал, что тяжелая ладонь старика вздрагивает.
     - Ты,  конечно, думал, что я стар, хром, уродлив и несчастен, - говорилстарик Ивашке - А на самом деле я самый счастливый человек на свете.
     Ударом бревна мне переломило ногу,  -  но  это тогда,  когда мы  -  ещенеумело -  валили  заборы  и  строили баррикады,  поднимали восстание противцаря, которого ты видел только на картинке.
     Мне вышибли зубы,  - но это тогда, когда, брошенные в тюрьмы, мы дружнопели революционные песни.  Шашкой в бою мне рассекли лицо,  -  но это тогда,когда первые народные полки уже били и громили белую вражескую армию.
     На соломе, в низком холодном бараке метался я в бреду, больной тифом. Игрозней смерти звучали надо мной слова о  том,  что  наша страна в  кольце ивражья  сила  нас  одолевает.  Но,  очнувшись вместе  с  первым лучом  вновьсверкнувшего солнца,  узнавал я,  что  враг  опять  разбит и  что  мы  опятьнаступаем.
     И,  счастливые,  с  койки на  койку протягивали мы друг другу костлявыеруки и  робко мечтали тогда о  том,  что пусть хоть не при нас,  а после наснаша страна будет такой вот,  как она сейчас,  -  могучей и великой.  Это лиеще,  глупый Ивашка, не счастье?! И на что мне иная жизнь? Другая молодость?
Когда и моя прошла трудно, но ясно и честно!
     Тут старик замолчал, достал трубку и закурил.
     - Да,  дедушка! - тихо сказал тогда Ивашка. - Но раз так, - то зачем жея старался и тащил этот камень в гору, когда он очень спокойно мог бы лежатьна своем болоте?
     - Пусть лежит на виду,  - сказал старик, - и ты посмотришь, Ивашка, чтоиз этого будет.