Цзя Баоюй узнает о существовании золотого замка;
Сюэ Баочай рассматривает одушевленную яшму

   Итак, Баоюй и Фэнцзе возвратились домой, навестили старших, и Баоюй попросил матушку Цзя помочь с устройством Цинь Чжуна в домашнюю школу, – тогда, по крайней мере, у него появится друг и соученик, достойный подражания. Он искренне восхищался Цинь Чжуном, его характером и манерами, и считал, что он вполне заслуживает любви и сочувствия.
   Фэнцзе, желая помочь Баоюю, сказала:
   – Цинь Чжун как-нибудь навестит вас, бабушка!
   Матушка Цзя пришла в прекрасное расположение духа, и Фэнцзе, воспользовавшись моментом, пригласила ее на спектакль – матушка Цзя, несмотря на преклонный возраст, увлекалась театром.
   Через день и госпожа Ю явилась приглашать матушку Цзя, и та, взяв с собою госпожу Ван, Дайюй и Баоюя, отправилась во дворец Нинго смотреть представление.
   К полудню матушка Цзя устала и вернулась домой. Госпожа Ван, любившая тишину и покой, последовала ее примеру. После их ухода Фэнцзе почувствовала себя свободней, заняла место на главной циновке и от всей души веселилась до самого вечера.
   Баоюй проводил матушку Цзя домой, дождался, когда она ляжет, и хотел вернуться досмотреть спектакль, но ему показалось неудобным беспокоить госпожу Цинь. Тут он вспомнил о Баочай, она была больна, и решил ее навестить.
   Прямо к ней вела из дома небольшая калитка в задней стене, но Баоюй, опасаясь, как бы кто-нибудь не стал ему докучать по пути или же не встретился отец, что еще хуже, пошел окольным путем.
   Мамки и няньки, сопровождавшие Баоюя, думали, что он будет переодеваться, но, к их немалому удивлению, он появился в прежнем наряде и направился ко вторым воротам. Мамки и няньки бросились за ним, решив, что он снова собирается во дворец Нинго смотреть спектакль. Однако Баоюй, дойдя до проходного зала, неожиданно свернул на северо-восток, обогнул главный зал и скрылся. Тут, как назло, он натолкнулся на двух молодых повес, Чжань Гуана и Шань Пиньжэня, приживальщиков из их дома. Они, хохоча, бросились к Баоюю. Один обхватил его за талию, другой стал тащить за руки.
   – Ах, дорогой братец! – наперебой восклицали они. – Наконец-то мы с тобой встретились. Эта встреча для нас – как дивный сон!
   Поболтав немного, они удалились.
   Их окликнула мамка:
   – Вы идете к старому господину?
   – Да, да, – закивали они и, смеясь, добавили: – Старый господин отдыхает в кабинете Сонного склона.
   Их ответ и тон, каким это было сказано, насмешили Баоюя. Но он не стал задерживаться и, воспользовавшись тем, что рядом никого нет, бросился со всех ног в ту сторону, где находился двор Грушевого аромата.
   В это время главный смотритель кладовых У Синьдэн и амбарный староста Дай Лян в сопровождении пяти приказчиков вышли из конторы и заметили Баоюя. Они тотчас же встали навытяжку. И только торговый посредник Цянь Хуа, много дней не видевший юношу, подбежал к нему, опустился на колени и справился о здоровье. Сдерживая улыбку, Баоюй жестом велел ему встать.
   Все остальные со смехом обратились к Баоюю, говоря:
   – Недавно мы видели, какие красивые квадратики^[122] вы рисуете, второй господин! Хоть бы нам нарисовали!
   – Где вы их видели? – удивился Баоюй.
   – Во многих местах. Все восхищаются ими и приходят просить.
   – Это пустяки, можно еще нарисовать! – снисходительно заявил Баоюй. – Только напомните моим слугам!